Цветочный бальзам. Глава 2


Вступление
Глава 1
Цветочный бальзамЭмили Флауэр пробормотала что-то нечленораздельное в ответ на вежливо-мягкое замечание незнакомца и, ускорив шаг, понеслась вниз по спуску прямо к проезжей части. И почему каждый раз, когда ей случается столкнуться с незнакомыми мужчинами, ее внутри охватывает паника, которая сковывает и стирает из памяти все адекватные реплики?

Метель уже успела постепенно улечься. Девушка шагала по спокойной и ровной снежной глади, оставляя позади себя цепочку аккуратных следов.

Обычный поход из одной улицы в другую, с остановкой в ближайшей булочной, чтобы купить свежего хлеба. И все-таки Эмили объяла какая-то странная тревожность. Она не могла постичь ее причины. Возможно, это волнение, перемешавшееся с бурными чувствами, возникшими по поводу приезда отца. И, наверное, она интуитивно ожидала, что с его возвращением их жизнь неминуемо изменится.

***

Кеннет Флауэр чувствовал себя несносной собакой-ищейкой, которую резко схватили за длинный поводок и насильно выпихнули на место проведения отвратительного эксперимента. Такого унизительного задания от своего бывшего приятеля он не ожидал.

Да, он частный детектив. Но на уровне города, а не каких-то мелких дел. Что для него может быть унизительнее, чем начать шпионить за собственным соседом?

Однако, узнав имя того парня, который чем-то не угодил Антонио, Кеннет приободрил себя тем, что убьет сразу двух зайцев и по ходу слежки выяснит, кем же на самом деле является этот «приятель» его старшей дочери, Джозеф Барбаро. Тревога закралась в его душу, едва он представил, во что этот тип мог ввязать Эмили, если уже не ввязал. Поэтому он просто обязан поговорить с дочерью наедине. Но это случится чуть попозже, когда он соберется с духом для столь важного разговора.

Кеннет слегка распахнул воротник своего плаща, позволяя легкому снежному вихрю обдувать его лицо. Ему нужно было встретиться и с другими своими товарищами. Неизвестно, что произошло с ними за это время. Кеннет опасался лишь одного – чтобы эти три года не отняли у него и остальных, как уже отняли Антонио. Теперь, будучи обязан своему уже бывшему другу, он был вынужден принять его весьма странное поручение, которое, как намекнул Антонио, еще и не было официальным, а входило в его личные амбициозные планы по обнаружению крупного источника преступности в районе Маленькой Италии.

***

Возвращаясь обратно, Эмили мельком успела заметить выезжающий из-за их дома шикарный автомобиль. Волнение ритмичной дрожью пробежало по ее спине. Эта машина принадлежала никому иному, как Барбаро. Весельчаку и в то же время несносному хаму, с которым она сошлась совершенно случайно буквально месяц назад. И за это время она успела словить немало грязных и пошлых шуточек в свой адрес, которые, по его мнению, производили сильнейшее впечатление на любую представительницу женского пола. Джо был самым натуральным бабником и страдал неразборчивостью в плане выбора спутниц. Эмили не раз сталкивалась с ними на лестничной площадке его этажа. Брюнетки ли, блондинки, рыжие – они могли быть какими угодно. Чаще всего это были женщины с внушительными формами, одетые чересчур вызывающе и даже неприлично, с подведенными глазами и ярко накрашенными губами. Всех их девушка искренне презирала. А особенно она ненавидела «цыпочку», которая появлялась здесь особенно часто и, как поняла Эмили, была одной из любимых девушек её знакомого. «Рыжеволосая разукрашенная кукла в безвкусных тряпках» — так ее мысленно прозвала Эмили. Она обычно появлялась здесь на выходных и не уходила до наступления новой недели. Кроме того, она частенько грубила их уборщице, которая намывала коридоры. Той самой, которую Эмили не переносила, однако сошлась с ней в одном – общем презрении к этой девке.

Ее сосед определенно был чрезмерно озабоченным типом.

Но все это, как ни странно, не оттолкнуло Эмили. Да, она чаще всего фыркала при виде его очередных цыпочек, но в то же время не могла не признать, что этот нахальный бабник был чертовски привлекателен. Да, он был полноват, одевался обычно чуть ли не безвкусно, выбирал вульгарных женщин, но все это с лихвой компенсировали его задорный нрав, обаяние и чувство юмора. Несколько раз Эмили неприкрыто хохотала, когда заставала его ругающимся с их подъездной уборщицей. Джо уделывал старуху-сплетницу на раз.

Эмили осознавала, что ее, несмотря ни на что, влечет к этому типу. Но ей было невыносимо противно от одной мысли о том, что она могла бы стать одной из его однодневных проституток. Нет, ее внутреннее эго шептало о том, что ей следует немного подождать. Она даже надеялась на то, что со временем этот весельчак угомонится и повзрослеет. Тогда можно будет попытаться его завоевать.

— К черту тебя, фантазия, — раздраженно буркнула вслух Эмили. – Такие, как он, не изменятся, даже если их хорошенько встряхнет жизнь.

***

12 января 1945 года.

Стучась в квартиру этажом ниже и прокручивая в голове вымышленный повод своего визита, Кеннет Флауэр и не подозревал, кто откроет ему дверь.
Вырисовавшийся в открывшемся проходе силуэт привел его в неописуемое изумление.

— Вито? Вито Скалетта? – словно не веря собственным глазам, переспросил мужчина.
Кажется, тот был удивлен не меньше.
— Кеннет? – юноша озадаченно оглядел его с головы до ног. – Ты…
— Живу этажом выше, — рефлекторно подняв голову, произнес Кеннет. – Я и думать не думал, что мы окажемся соседями…
— Да уж, чертовски поразительное совпадение, — почесал в затылке Вито и тут же задумчиво произнес:
— Но ты же говорил, что у тебя квартира в Вест-Сайде…
— В военное время моя семья предпочла объединиться перед лицом трудностей, и я уважаю их выбор, — Кеннет внимательнее оглядел своего старого знакомого, одетого в наспех запахнутый шерстяной халат. — Что же, ты так и не пустишь боевого товарища на порог своего дома?
— Эмм… — юноша на несколько секунд замялся. – Понимаешь, это не моя квартира. Я временно живу у старого друга. Но, думаю, мы могли бы выпить в баре за углом, если ты не очень занят.
— Пожалуй, у меня найдется свободный часок, — внутреннее напряжение мужчины как рукой сняло.
— Отлично. Какое заведение предпочитаешь?
— Думаю, есть повод выпить в лучшем баре района. Как насчет «У Фредди»?

Кеннет Флауэр выбрал это заведение по нескольким причинам. Во-первых, Антонио прямым текстом намекнул ему, что объект, за которым он решил установить слежку, часто отирался именно здесь. Встреча с этим самым другом Вито здесь как нельзя способствовала бы непринужденному знакомству. Да и выпивка здесь действительно отличная. По ней за несколько лет он уже успел соскучиться.

Пока Вито любезно делал заказ на двоих, временно отстраненный от официальных дел сыщик размышлял о том, как этот юноша, однажды спасший его в бою, был связан с этим Джо Барбаро. Если они действительно были друзьями, то он не мог не знать о том, чем занимается его приятель.

Чего он хотел меньше всего, так это впутывать в столь смутное дело товарища, с которым у него уже успели сложиться теплые отношения. Кеннет даже подумал о том, что теперь в сложившейся ситуации Вито был единственным, кому он бы доверился.

— Я прикупил еды. Ты не против? – усаживаясь за столик, проговорил Вито. – Последние несколько дней я почти ничего не ел. Содержимое холодильника моего друга – редкостная дрянь, я бы сказал. Будешь?
— Благодарю. Мне повезло чуть больше – в моем доме готовят три женщины, так что я лишний раз даже не притрагиваюсь к еде – есть риск потерять форму, — усмехнулся Кеннет.
— Ты и сам готовишь просто восхитительно, — заметил юноша, засунув в рот половину сэндвича. – Я бы и сейчас отдал всё за тот самый стейк! Знаешь, тебе следовало бы подумать о собственном бизнесе. Например, закусочные?
— Ну, сначала нам с тобой надо покончить с войной, а потом уже можно заводить все эти разговоры, — уклончиво ответил Кеннет.
— Кстати… — Вито оторвался от обеда и поднял глаза на собеседника. – Я ведь не вернусь на фронт. Остаюсь здесь, дома. Да и к тому же, дружище, мы прекрасно знаем о том, что эта война скоро закончится.

Кеннет моментально нахмурился. Кажется, он смутно начинал понимать, что парень все же не зря остановился у того приятеля. Острый взгляд тотчас вычислил неуверенность, проскользнувшую на его лице.

«Все-таки ты тоже связан с этими темными делишками. И, скорее всего, только начал работать на плохих парней, ибо, что в противном случае тебе было делать на фронте все эти годы», — признал в мыслях Флауэр. Эта догадка вызвала у него совсем нехорошие ощущения.

13 января.

Эмили выяснила, что тот незнакомец, с которым она столкнулась возле дома, оказался другом Барбаро. Что весьма ее удивило. Она даже не подозревала о том, что у этого мужлана могли быть настоящие друзья.
Парень, который представился как Вито, догнал ее на спуске с третьего этажа и тотчас поинтересовался, «совпадение ли это, или же столь прекрасная девушка действительно живет в этом доме».

Эмили на этот раз сумела взять себя в руки и ответить ему разборчиво, после чего они разговорились, и девушка поняла, что познакомилась с приятелем Джо.

«Хотя, чего я себя обманываю. Он просто притащил к себе домой знакомого алкаша, и теперь они там вместе со своими шлюхами соображают на четверых, если не на пятерых», — с отвращением подумала девушка, ковыряясь в своей тарелке. Несмотря на то, что новый знакомый внешне выглядел даже интеллигентно, он не внушал ей абсолютно никакого доверия.

Это был второй завтрак за эти дни, когда вся семья вновь собралась за столом.

Эмили встала из-за стола первой и, добросовестно помыв свою тарелку, собралась покинуть кухню.

— Стой, — окликнул ее отец. – Не уходи пока никуда, я хотел бы прогуляться вместе с тобой.
— С чего бы вдруг? – покосилась на него Эмили.
— А разве я не имею права после нескольких лет разлуки побыть с дочерью? Или это уже стало возбраняться? – твердым голосом ответил Кеннет.

Эмили пожала плечами. Ей не хотелось спорить с отцом на виду у бабушки и матери, а особенно младшей сестры. Она была уверена в том, что возможность вставить словцо у нее уже очень скоро представится.

— Я бы хотел съездить с тобой куда-нибудь. Например, в магазин. Твои вещи, как я успел заметить, уже хорошенько поистрепались. Думаю, молодой девушке не помешало бы прикупить парочку новых платьев, — подмигнул дочери Кеннет, едва они вышли на улицу.

Эмили ответила таким взглядом, что Флауэру даже стало немного не по себе. Кажется, за эти годы его дочь чертовски изменилась. И приобрела замашки, с которыми отцам обычно так тяжело бороться.

— Знаешь, пап, вот о чем я никогда не забывала все эти годы, так это о том, что ты всегда заботился, как бы я не связалась с «дурной компанией». Тебе всегда было наплевать, как я одеваюсь, главное, чтобы я не задерживалась во дворе допоздна или же случайно вдруг не заговорила с хулиганами на соседней улице. Думаешь, я такая идиотка? Я прекрасно вижу, как ты заинтересован нашими соседями этажом ниже. И наверняка уже успел познакомиться с Джо Барбаро, я права? – без тени улыбки на лице произнесла Эмили. – Именно об этом ты хотел поговорить, и не надо это прикрывать неумелой заботой о моем внешнем виде.
— Хорошо, ты меня раскусила, признаю, — Кеннет шуточно поднял руки, надеясь хоть как-то разрядить напряжение. – Я хотел поговорить и об этом. Да, моя вина заключается в том, что я чересчур заботливый отец, но…
— Скорее, ты чересчур бдительный коп, — иронично фыркнула Эмили. – И уже потом отец. Конечно же, ты уже успел нахвататься слухов о моем знакомом и теперь думаешь, как бы отвадить дочь от столь нежелательного типа. Мой ответ будет простым – твое вмешательство тут абсолютно лишнее.
— Это единственное, о чем я хочу тебя попросить, Эмили. Я никогда у тебя ничего не просил…
— Конечно, ты только требовал или приказывал, — язвительно отозвалась девушка.
— Хватит. Перестань мне хамить! – повысил голос Кеннет, не в силах терпеть поведение дочери. – Я проливал кровь на чужбине не для того, чтобы теперь стоять и терпеть неподобающее поведение своей дочери. Ты хоть понимаешь, что, как мой старший ребенок, обязана отвечать за свои действия и вести себя осмотрительно? Да, я узнал кое-что о твоем приятеле и, естественно, начал думать, что это знакомство вредно для тебя. Потому настоятельно прошу прекратить даже заговаривать с ним. Вот именно что прошу, пока что даже не требую, — в голосе Флауэра уже начала ощущаться суровость.
— Замечательно, отец. Как же я соскучилась по твоим лекциям о долге и ответственности. Будучи маленькой, я внимала каждому слову, но теперь спешу заявить, что я все-таки твоя дочь, и еще я очень сожалею о том, что вместо меня у тебя не родился сын, которого ты смог бы держать на коротком поводке. Спасибо за напоминание о том, что я выросла в невозможных условиях! – вспыхнув, воскликнула Эмили.

Кеннет не успел ничего ответить, как девушка уже скрылась за поворотом и побежала в сторону черного входа.

***

Пока Эмили сидела, заперевшись в их общей с Руби комнате, мистер Флауэр, бросив попытки продолжать с ней диалог, принялся готовиться к встрече, которую ему назначил один из старых приятелей, Бернардо Геллар. Этот человек принадлежал к тому немногочисленному лагерю копов, которые еще имели какие-то понятия чести и добивались справедливости и соблюдения закона.

Проработав в полиции много лет, Кеннет прекрасно усвоил, что в этой профессии нельзя положиться даже на собственных коллег. Не боясь ничего, многие из них откровенно преступали закон, и никто не мог этому помешать. Он сталкивался с продажными полицейскими и в большинстве случаев чувствовал себя беспомощным, осознавая, что ничего не может с этим поделать. Что значили моральные принципы одного человека, противопоставленные аморальности и бесчестности целого города?

Однако Бернардо он доверял так же, как и самому себе. Именно он помог ему устроить большую часть облав на членов организованной преступности. И он сам позвонил Кеннету через несколько дней после его приезда и на протяжении недолгого разговора успел уверить его в том, что старая дружба все еще жива.

***

— Сколько же времени прошло с тех пор, как я последний раз завязывала тебе галстук? – улыбаясь, с нежностью произнесла Дейзи, поправляя воротник на рубашке мужа. Кеннет ответил ей не менее искренней улыбкой и, наклонившись, осторожно поцеловал жену.

— Для меня это было будто бы вчера, — тихо ответил он, кладя руки ей на талию. – Я и поверить не могу, что с того дня, когда ты впервые это сделала, прошло больше восемнадцати лет. И уже успели вырасти наши дочери.
— Они у нас самые прекрасные, — прижавшись к мужу, отозвалась Дейзи. – Обе – настоящая гордость нашей семьи.

При этих словах Кеннет слегка нахмурился.

— Когда я уехал на фронт, некому стало следить за ними так, как это делал я. Ты же знаешь, чем вызвано мое беспокойство – мы живем в одном из самых неспокойных городов в Штатах. Я пытался защитить Эмили и Руби, но потом я лишил их той опеки, которая, возможно, тогда была им особенно нужна. Знаешь, я особенно беспокоюсь за нашу Эмили. Она выросла и теперь стала практически неуправляема. Я боюсь за нее, возможно, за те годы, пока меня не было, она научилась чему-то плохому.

Дейзи со смехом похлопала мужа по затылку.

— Ты просто не можешь смириться с тем, что она повзрослела, — не прекращая улыбаться, возразила она. – Естественно, она изменилась. Но, уверяю тебя, такую девушку, как она, в этом районе еще стоит поискать. Она с отличием окончила школу, но, вместо того, чтобы поступить в приличный колледж, предпочла зарабатывать деньги для семьи. Нам тяжело жилось после того, как ты нас покинул, поверь, дорогой. На зарплату администратора магазина не прожить четырем одиноким женщинам. А Эмили стала нашим вторым кормильцем. После этого не имеешь права выказывать подозрения по ее поводу. Я лично поручаюсь за свою старшую дочь и не позволю тебе ее обижать, — твердо сказала она.

Кеннет задумчиво посмотрел в сторону.

— Надеюсь, это так. Просто… моя душа все же неспокойна. Я люблю своих дочерей и желаю им счастья. Мне всегда было сложно поладить с Эмили, а теперь это кажется совершенно непосильной задачей. — вздохнув, он выпустил жену из объятий. – Я не знаю, когда вернусь. Вполне возможно, я останусь ночевать у Бернардо.
— Я доверяю тебе, Кеннет, — отозвалась Дейзи. – И надеюсь, что это доверие взаимно.

***

«Доверяй, но проверяй». Этот девиз всегда был неотъемлемой частью жизни Кеннета Флауэра.

За несколько дней он успел проведать разные районы города, в том числе и китайский квартал Чайнатаун. Там он и столкнулся с парнишкой, чей отец когда-то был одним из его знакомых. От него Кеннет узнал, что год назад парень остался сиротой и теперь перебивается случайными заработками.

— Если ты сегодня вечером проследишь за парочкой людей из дома, где я живу, то я хорошо заплачу, — пообещал Кеннет, решивший установить слежку одновременно за своей дочерью и Джо Барбаро. Он подробно описал парню внешность его «подопечных» и назвал номер, по которому тот сможет позвонить в случае непредвиденных обстоятельств.

Плохое предчувствие не покидало его вот уже несколько дней.

***

Эмили кралась по квартире на цыпочках, боясь каждого шороха. Прошло около часа с тех пор, как все домашние легли спать. Чего девушка сейчас хотела меньше всего, так это разбудить кого-нибудь.
Однако тихий скрип двери гардеробного шкафа в прихожей все же потревожил оказавшуюся этой ночью чуткой Руби. Девочка немедленно разлепила веки и, вглядевшись в темноту, заметила на кровати сестры откинутое на край одеяло.

Эмили схватила одежду и, не рискуя шуметь в квартире, поспешила на лестничную клетку, чтобы уже там переодеться. Уже на выходе ее окликнул громкий шепот Руби.

— Ты куда-то собралась?
— Тише, умоляю тебя… — протянула Эмили, с досадой оборачиваясь к сестре. – Скажи мне, какого черта тебе не спится, младшая сестренка?
— Теперь кое-что изменилось. Если обо всем узнает папа, он тебя убьет, — сообщила Руби, продолжая стоять в проходе и не сводя глаз с Эмили.

Примерно минуту между сестрами сохранялось молчание, которое ни одна из них не решалась прервать. Руби спросонья размышляла, куда на этот раз собиралась ее старшая сестра, а Эмили раздумывала, как бы деликатнее отправить ее восвояси.

— Ну что же, раз тебе этого так хочется, можешь закричать на весь дом, дорогая моя, — прошипела Эмили, более не в силах молча стоять у порога. — Ты же просто обожаешь доносить на меня родителям. Все – и домашние, и твои приятели, которых у тебя нет – прекрасно знают о том, что ты несносная ябеда, для которой главное дело всей жизни – разрушать тайны каждого, кто попадется на пути. Ну же, кричи, я стою тут, даже не собираюсь выходить наружу. У тебя есть шанс выслужиться перед своим бесценным папочкой.

Маленькая Руби осталась стоять без движения, не ответив ни слова. Ее губы задрожали.

— Чего молчишь, противная девчонка? Задумала еще что-то или же рассчитываешь, как эффектнее преподнести всем мой «крах»?

На глаза девочки навернулись слезы. Но Эмили этого уже не заметила, так как демонстративно отвернулась от сестры. Кажется, впервые за долгое время ей удалось подчинить ее себе. Это молчание и неподвижность она растолковала как долгожданную покорность. Эмили в глубине души чувствовала, что слова, сказанные ею, были обидными, но они заставили заткнуться ее младшую сестренку. Значит, этот способ был весьма эффективным. Гораздо эффективнее, чем лесть и подкуп.

— Adieu, дорогая, — пробормотала Эмили и, распахнув входную дверь, скрылась на лестничной площадке.

***

Одна банда, появившаяся в этом районе совсем недавно, тусовалась на окраине района, в котором сейчас жила семья Флауэров. Эмили прекрасно была осведомлена о ней, так как ее зачинщиком и главарем был ни кто иной, как ее бывший одноклассник, с горем пополам окончивший вместе с ней в прошлом году школу – Дрэго Гуидо. В раннем детстве он не раз задирал Эмили, пользуясь тем фактом, что ее отец был полицейским – представителей этой профессии ненавидела добрая половина населения района.
Девочку невзлюбили сразу. За ней закрепилось незаслуженное звание «крысы», с которым она смогла расстаться лишь тогда, когда вырвалась из-под опеки ушедшего на войну отца и «доказала» местным хулиганам, что она совершенно на него не похожа и, более того, собирается примкнуть к противоположному лагерю. Украв из их квартиры в Вест-Сайде отцовский кольт, она немного потренировалась в стрельбе и однажды, столкнувшись ночью с компанией знакомого задиралы, пустила пулю в лоб одного из парней, который, будучи шестеркой Дрэго, по его приказу кинулся на нее, чтобы избить и изнасиловать. Это впечатлило Гуидо настолько, что он отказался от мести за приятеля и «дал маленькой девочке шанс показать себя с лучшей стороны и занять место убитого ею парня». Так Эмили заочно стала членом его будущей банды.

Ныне, окончательно заслужив уважение Дрэго, Эмили занимала одно из главных положений в сколоченной им группе беспредельщиков и выполняла довольно грязную работу, заодно добывая деньги для своей семьи. После окончания школы она соврала домашним о том, что собирается весь год готовиться к поступлению в колледж, попутно подрабатывая в закусочной. Однако она честно отдавала матери больше половины заработанных денег. И Кларетта, и Дейзи гордились тем, что старшая уже стала самостоятельной и могла обеспечивать себя, и лишь Руби кое о чем догадывалась. Но она не могла и подумать, что ее старшая сестра связалась с преступностью.

***

Выглянув из-за угла, Эмили приметила компанию и удивилась тому, что рядом с Дрэго расположилось всего лишь двое членов банды. И не было ее единственной соратницы женского пола – Ванессы.

— А вот и нежданная гостья, — присвистнув, воскликнул Давид, главная шестерка Дрэго, который увидел девушку первым.
— Ты знаешь, что мне достаточно сделать для того, чтобы просто так поменять нас местами и сделать нежданным гостем тебя, — хмуро парировала Эмили. – Что здесь происходит?
— Пока тебя не было почти неделю, кое-что успело произойти, — ухмыляясь, ответил сам Дрэго. – А я уж начал подумывать, что возвращение твоего папаши заставило тебя завязать со всем этим.

Эмили ничуть не удивилась тому, что он уже был осведомлен о ее отце.

— Меня обычно ничего не останавливает. Напомнить? – невесело фыркнула она.
— Если бы ты пришла хотя бы вчера, то сегодня не произошла бы эта небольшая несостыковочка, — пожал плечами Дрэго, поднимаясь с насиженного места и устремляясь прямо к ней. – Этой ночью у нас запланирована одна важная встреча, на которой посторонним нечего делать.
— Посторонним? – подозрительно переспросила Эмили, не сводя взгляда с главаря. – Все же мне следовало бы напомнить, что я гораздо важнее этих двоих, которые сейчас стоят за твоей спиной.
— Эй, полегче! – не выдержав, откликнулся второй сопровождающий Дрэго, Маркус. – Не забывай, что тебе однажды уже крупно повезло!
— А ведь он прав, — покачав головой, сказал Дрэго. – Помни, что, несмотря на все твои способности, ты всего лишь женщина. Вам с Ванессой, увы, не повезло с самого рождения.

Эмили немедленно отреагировала, выхватив из кармана пистолет и направив его дуло прямо в лицо главарю.

— Не смей и сравнивать меня с Ванессой, слышишь? – прошипела она, глядя Дрэго прямо в глаза. – Не сравнивай меня с этой грязной шлюхой, которая для нашего общего дела не сделала ровным счетом ничего!
— Ах, ну прости, я забыл про твое единственное отличие от Ванессы, — с сарказмом проговорил Дрэго, однако дальше развивать тему не рискнул, с опаской глядя на пистолет. – И все же, Эмили, я настаиваю на том, чтобы сегодня ты вернулась домой. В сегодняшнем деле ты действительно лишняя.

Маркус и Давид не упустили возможности скосить взгляды и хихикнуть. Эмили, рассвирепев не на шутку, направила дуло кольта в сторону первого и без малейших колебаний выстрелила.

Тот, словно не веря, покосился на грудь и, попытавшись зажать рукой ранение, свалился лицом прямо в снег.

— Уже нет, — произнесла она, опуская пистолет, от которого теперь исходил легкий дымок.

Давид немедленно выхватил свое оружие, и лишь Дрэго, чуть покривившись, махнул рукой.

— Ты, между прочим, застрелила одного из лучших в нашей компании, — с неким сожалением произнес он. – Давид, не стоит. Она ведь может лишить меня и твоего общества. Эмили, я уже давно успел убедиться в том, что ты опасна, но теперь я знаю, что ты еще и непредсказуема. Честно, даже не ожидал, что ты уже можешь выстрелить в кого-либо без повода.
— Почему же, повод был. Маркус был одним из тех, кто досаждал мне еще со школы, — бесстрастно проговорила Эмили. – А я ведь могу и о тебе кое-что вспомнить.
— Обо мне ты как раз не вспомнишь, — приняв самодовольное выражение лица, сообщил Дрэго. – Что же ты будешь делать, когда застрелишь своего главаря, а? Достаточно, Флауэр. Так и быть, твоя взяла. Неприлично мне будет идти в сопровождении лишь одного товарища. Однако все же жаль, что ты не дослушала меня до конца. Твое появление, правда, будет не совсем желательным.
— Что же это за важные шишки такие, о мнении которых ты настолько печешься? – ядовито поинтересовалась Эмили.
— Настолько важные и опасные, что лучше бы тебе и не видеть их никогда в жизни. Но о чем теперь говорить, ты сделала свой выбор. Только потом не проси меня об одолжении, ладно? Ты сама выкопала себе эту яму, цветочек, и вытаскивать тебя в случае, если ты туда упадешь, я не буду, — пообещал Гуидо.

— У тебя все еще есть шанс повернуть назад и спрятаться в уютной семейной квартирке от того беззакония, с которым нам скоро предстоит столкнуться, — издевательски прошептал Дрэго, слегка замедлив шаг и поравнявшись с Эмили.

Троица осторожно шла по узким опрятным улочкам китайского квартала, не забывая оглядываться по сторонам. Давид же подстраховывал своих товарищей сзади.

— Обратного пути для меня не существует, — сухо ответила Эмили и крепче обхватила рукоятку пистолета.
— Упрямая девчонка. И ты все же нарвешься на неприятности, — беззлобно отозвался Дрэго.
— Не с теми парнями у вас запланирована встреча? – проигнорировав выпад главаря, Эмили махнула рукой в сторону.

Гуидо покосился туда и тотчас же напрягся.

— Да, это они. Что же, Флауэр, не обессудь. И не спеши размахивать пушкой, чуть что – они, в отличие от меня, иначе реагируют на подобное поведение, — быстро проговорил он. – И только попробуй испортить сегодня что-нибудь. В противном случае отвечать будем мы все.

Эмили не ответила. Внимательно разглядывая фигуры тех, кто ждал их впереди, она, наконец, начала испытывать страх.

И вспомнила о тех преступниках, которых сажал за решетку ее собственный отец.

Возможно, Дрэго был прав, изначально отстраняя ее от этого дела. Да Эмили и не планировала продвигаться по криминальной лестнице. С самого начала она лишь хотела досадить отцу и заодно заработать денег для семьи. Что-то большее в ее планы все же не входило.

Однако теперь отступить она действительно не могла. И отрезала для себя этот путь, застрелив Маркуса. Впервые совершив столь бесстрастное убийство. Теперь Дрэго Гуидо действительно не даст ей спуску и не пощадит ее при случае. Если что-то пойдет не так, она может даже заранее попрощаться с жизнью.

Углубившись в размышления, Эмили упустила тот момент, когда соучастник Дрэго, шедший позади, приблизился к ней и со всей силы ударил по голове неожиданно возникшей в его руке битой.
Девушка потеряла сознание и моментально сползла на землю.

Дрэго удовлетворенно кивнул товарищу и, склонившись к Эмили, едко проговорил:

— И ты думала, что после всего того, что учинила, сможешь еще и опозорить меня в самый ответственный момент? У девок существует лишь одно предназначение, вне зависимости от их амбиций и наглости. И скоро ты сама станешь грязной шлюхой, которую я продам за пару баксов вон тем самым людям, которых тебе повезло увидеть издалека. Тогда ты сполна заплатишь за жизни Тома и Маркуса и за все свое хамство.

***

Сверкающий пушистый снег заполонял ночной город, вновь подчиняя себе все, что таилось в его границах. Обманчивый зимний покров словно заслонял всех жителей, которые мирно коротали время в уютной домашней обстановке, от внешнего мира. Кеннет Флауэр задумчиво стоял у окна в квартире Бернардо Геллара, на углу в Ойстер-Бэй, и заворожено наблюдал за нескончаемым снежным шествием.

Минуту назад их дружескую беседу прервал телефонный звонок. Бернардо поспешил снять трубку и с некоторым удивлением ответил тому, кто был на другом конце провода.

— Это к тебе, — закрыв трубку рукой, сообщил он. – Какой-то приятель из Чайнатауна.

Кеннет обеспокоенно воззрился на друга и, резко отставив в сторону кружку с пивом, стремительно подошел к другу и выхватил у него из рук телефон.

— Что случилось? – полушепотом произнес он в трубку.
— Твою дочь только что оглушили на углу района, — кратко оповестил его китаец.

Кеннету показалось, будто его ударили обухом по голове.

— Она вышла на улицу ночью? И на нее напали? – прерывисто воскликнул он.
— Не совсем… — паренек на другом конце провода замялся и вначале выдержал небольшую паузу. – Она была с ними. Я не знаю, как так получилось, я отвлекся буквально на пару минут, и она ускользнула из поля зрения, а потом…
— Хватит! – вспыльчиво прервал осведомителя Кеннет. – Куда мне ехать?

Бросив трубку, Кеннет отдышался и громко обратился к другу, который во время разговора деликатно отошел на другой конец комнаты.

— У тебя не найдется запасного ствола?
— Для тебя у меня найдется все! – без промедления откликнулся Бернардо и тут же сказал:
— В придачу с оружием можешь рассчитывать и на меня.
— Нет, — без права на возражения отозвался Кеннет. – Это дело я должен решить сам.

***

Горсть снега, брошенная Дрэго прямо девушке в лицо, вмиг привела ее в чувство. Эмили поморщилась от холода, обжегшего ей кожу, и попыталась вытереть лицо, но обнаружила, что не может пошевелить конечностями.

С трудом сфокусировав зрение, она попыталась разглядеть расплывчатые силуэты людей, выжидающе склонившихся над ней.

— Я сейчас аккуратно развяжу тебе руки, но ты обещай, что не будешь рыпаться, — вкрадчиво произнес Дрэго прямо ей в ухо. – И я предупреждаю ради твоего же блага, чтобы хорошенькая головка не пострадала из-за вспыльчивости своей обладательницы.
— Мразь, — прошипела Эмили, скривившись от боли, которую ей причинил грубый толчок приставленного к виску пистолета. Однако после того, как ее руки были вновь свободны, она не спешила пошевелиться.
— И что же, пацан, ты всерьез думаешь, что мы отстегнем хотя бы пару собственных баксов за это? – раздался над ней хриплый насмешливый голос. – Как максимум, можешь считать, что это небольшая часть того взноса, который тебе еще предстоит заплатить.
— Эта девчонка застрелила двух моих соучастников. Она ограбила больше десятка лавок в нескольких районах, да так, что копы до сих пор даже и не подозревают о ее причастности к этому. Ко всему, можно прибавить, что она чертовски упряма. Наверняка найдутся любители на столь недоступную цыпочку, которую будет очень приятно подчинить себе. Я сам этим не занимался – увы, вот уже много лет питаю к ней самую стойкую неприязнь. Но уверен, что желающий не разочаруется, — Дрэго говорил таким тоном, будто торговался по поводу какой-нибудь домашней животины.

«Вот, значит, какую ты свинью решил мне подложить. Направить против меня мое же оружие. Сволочь», — с отвращением подумала Эмили.

— Мы приобретаем ее по своим условиям. Это уже не обсуждается. Так что и торговаться бесполезно, малец, — осклабившись, сказал второй мужчина. Эмили невольно взглянула в его сторону и успела заметить, что он наверняка уже перешагнул сорокалетний барьер и при этом небрежно относится к своему внешнему виду. На нем был потрепанный темный плащ и серая кепка. – Убавлю из суммы вашего взноса баксов двести, и то исключительно по доброте душевной.

Эмили вскинула голову. В ее глазах полыхала ненависть ко всем участникам этого действа, казавшегося ей абсурдом.

— Что ж, для нее такая сумма даже честь, — пойдя на попятную, Дрэго не удержался от ядовитого замечания.
«А сам не стоишь ни цента. И все же ты всегда был идиотом, Гуидо. Ты еще просто не понимаешь, что сделал».

Эмили напряженно оглядывалась по сторонам, выжидая удобного момента. Конечно же, она не собирается до конца представления оставаться тряпичной марионеткой, которую можно дергать за конечности. Она еще поборется за себя и покажет, насколько плоха была идея притащить ее сюда в качестве товара.

И в тот момент она заметила за спиной стоявших мужчин неясную искаженную тень, постепенно принявшую очертания человека, который крался прямо к ним. Ей показалось, что в вытянутой руке он сжимал пистолет.

Надежда пронзительным огоньком ворвалась в ее сердце.

«Вдруг это копы? Наверняка кто мог заметить Маркуса», — вспомнила она о бывшем соучастнике, чье тело лежало, присыпанное снегом, на окраине итальянского квартала.

«Убийц полиция не щадит никогда», — эта мысль током прошибла все ее сознание. Если этот человек застанет их врасплох, то никто не станет стрелять. Они предпочтут сразу же выдать ее, тем самым наконец-то избавившись от нежелательного общества выскочки женского пола. А о своих шкурах они договорятся, достаточно лишь отстегнуть достаточное количество купюр полицейскому…

Принципиальные копы, как ее отец, были редкостью.

Но с другой стороны, кто поверит в то, что она, жертва, действительно убивала кого-нибудь? Нет, гораздо больше шансов, что ее вызволят. И тогда уже плевать на то, что выяснится в ходе разбирательств, и что обо всем узнает ее семья. Она сумеет что-нибудь придумать.

От неожиданного толчка под ребра Эмили едва не задохнулась.

***

Увидев сквозь ограду всю компанию и брошенную в центр площадки Эмили, его дочь, Кеннет едва сумел сдержать всю свою ярость и не кинуться на банду прямо сейчас, расстреляв весь запас патронов пистолета. Но он вовремя осознал, что сейчас не война. И в руках он держит не солдатское ружье, а самое простое, полуавтоматическое. И у всех собравшихся за пазухой наверняка не один ствол.

Но тут прямо на его глазах парень, чей пистолет глядел прямо в висок Эмили, грубо толкнул ее на снег. Кеннет не выдержал этого зрелища и, уже наплевав на предосторожности, устремился к цели.

***

— Пожалуй, первый и последний раз мне удалось от души ударить тебя, Флауэр, — проговорил Дрэго. — Но ничего – я буду тешиться мыслью о том, что кто-то делает это с тобой постоянно.

В этот момент Эмили поняла, что необходимо действовать. Она изо всей силы пнула парня по ноге и, когда тот потерял равновесие и выронил из рук пистолет, моментально поймала оружие. И, обернувшись, выстрелила прямо в голову своему мучителю.

А затем поразила стоявшего рядом безмолвного Давида.

— Ты и вправду непроста! – с изумлением воскликнул мужчина, тот, что был в потрепанном темном плаще, и сию же секунду выхватил свой пистолет. – Но этот маневр мало тебе помог. Мы бы и так убрали твоих дружков. Так что ты просто выполнила эту грязную работу за нас, причем бесплатно.
— А я ведь могу застрелить тебя прежде, чем ты дотронешься до моей дочери. Немедленно опускай пушку, — медленно, почти по слогам, проговорил Кеннет Флауэр, внезапно возникший из темноты и направивший пистолет в спину бандита.

Двое мужчин явно вздрогнули от неожиданности. Однако напарник того, что был в потрепанной одежде, отреагировал быстро и вскинул руку с оружием, собираясь предъявить ответную угрозу. Но Эмили, потрясенная поворотом событий, рефлекторно повернулась в его сторону, и пуля из её кольта опередила его дальнейшие действия.

Мужчина в темном плаще взъярился от этого выпада и, прежде чем Эмили успела наставить на него свое оружие, отскочил в сторону и точным выстрелом попал ей в правое плечо. Девушка ахнула от пронзившей ее боли и чудом не выронила пистолет.

Кеннет, в свою очередь, промахнулся – пуля, выпущенная из его оружия, прошла в нескольких сантиметрах от скрывшегося в темноте мужчины. И еще мгновение спустя он схватил Флауэра за шею и, резко вывернув ему руку, лишил пистолета.

— Ну что же, теперь моя очередь диктовать свои условия, семейка неудачников, — голос мужчины неожиданно приобрел ту же хрипотцу, как и у его уже мертвого товарища. – Но в сложившейся ситуации я бы предпочел просто убить вас обоих.

По спине Эмили пробежал холодок. Превозмогая боль, она все же инстинктивно подняла свой кольт, но, спустив курок, обнаружила, что пистолет нуждается в перезарядке.

Мужчина ухмыльнулся.

Пока Эмили мучительно пыталась перезарядить оружие, Кеннет решил воспользоваться моментом и применить один из своих приемов по обезвреживанию противника. Но девушка уже успела справиться с кольтом и, не теряя ни минуты, выстрелила.

В тот момент, когда бандит за спиной Кеннета согнулся пополам от его внезапного удара, сам Флауэр принял на себя пулю из пистолета своей дочери.

Следующая глава — Глава 3


 Опубликовано в: MAFIA 2Проза
 Метки: , ,