Как союзники хотели украсть Победу


#Британцы планировали захватить #Берлин и приписать себе победу во Второй мировой войне. #Американцы вторглись в отходившие русским районы Германии и Чехии, чтобы завладеть немецкими атомными технологиями с целью победить этим путем Россию.

Как союзники хотели украсть Победу

Великую Победу, которую празднует народ России 9 мая, могли у него украсть, причем несколько раз, в том же 1945 году тогдашние «союзники» – Британия и США. В этой связи обычно вспоминают разработанную их штабами операцию «Немыслимое», которая предусматривала нападение на русскую армию через пару месяцев после завершения войны в Европе силами 47 англо-американских дивизий, включая 14 бронетанковых, и 10-12… немецких дивизий. Однако, как указывалось в окончательном докладе на этот счет Штаба объединенного командования, в ответ русские могут выста­вить силы, эквивалентные 170 дивизиям союзников, в том числе З0 бронетанковых дивизий: «таким образом, мы столкнемся с неравенством сил в примерном соотношении два к одному ­в бронетанковых войсках и четыре к одному — в сухопутных». И даже значительное преимущество «союзников» в стратегической авиации и на море было не способно исправить этот стратегический дисбаланс. Победить русских в Европе, заключили англо-американцы, вряд ли удастся. Война, не подготовленная должным образом политически, затянется надолго. Она может охватить различные регионы мира, станет тотальной, а победа в ней – совсем призрачной.

Этот коварный план, о котором вовремя стало известно России, оперативно осуществившей серию охладивших пыл «союзников» мероприятий военного характера, положили под сукно. «Немыслимого», а на самом деле еще как мыслимого, не случилось, хотя в новых западных планах сокрушения России с тех пор не было недостатка.

Победу во Второй мировой войне у России пытались украсть дважды — и до, и после неё. Тут союзники разделились, так как британцы нацелились на победу во Второй мировой войне, а американцы – уже в следующей. Об этом мало известно, восполним этот пробел.

Как фельдмаршал Монтгомери хотел превзойти маршала Жукова!

Британский фельдмаршал Бернард Монтгомери, к началу войны – генерал-майор, еле улизнувший из ловушки в Дюнкерке, был медийным персонажем, распиаренным сверх всякой меры. Он не был великим полководцем, одерживая свои победы либо при многократном превосходстве сил и средств над противником, либо над таким противником, который уже и не хотел сражаться.

Фельдмаршал Бернард МонтгомериФельдмаршал Бернард Монтгомери имел импозантную внешность, но был весьма посредственным полководцем.

В последние месяцы войны этот сделавший себе карьеру в Северной Африке, на второстепенном театре военных действий, полководец средней руки вознамерился взять Берлин. Победа в войне, особенно старого типа, заключается в захвате и принуждению к капитуляции столицы врага. Кто захватил её, тот и победитель. Победителем стала Россия. В Первую мировую войну Берлин взять русским не удалось, и они оказались среди проигравших, кстати, благодаря тем же самым «союзникам». Второй шанс во Вторую мировую войну упускать было нельзя: всё для этого имелось в наличии. Вот тут-то Монтгомери, не добившийся серьезных успехов ни в Италии, ни в Нормандии, ни в Голландии, и попытался украсть у России для своей страны День Победы, а для себя лично – славу великого полководца, победителя Германии.

Вот что пишет британский фельдмаршал на этот счет в своих мемуарах: «Как только мы перешли Рейн, я начал обсуждать с Эйзенхауэром планы дальнейших операций. Мы провели несколько встреч. Я всегда считал Берлин целью первостепенной важности; это был политический центр, и, опередив русских на пути к нему, мы значительно облегчили бы свои послевоенные задачи». Монтгомери отмечал «крайнюю важность» того, чтобы «в Европе сложился политический баланс, который помог бы нам, западным народам, выиграть в мирном устройстве», а «это требовало занятия некоторых политических центров в Европе — в частности, Вены, Праги и Берлина — прежде русских». Фельдмаршал сетует, что «если бы политические лидеры Запада правильно осуществляли высшее руководство ходом войны, а Верховные главнокомандующие получали бы соответствующие инструкции, мы могли бы оказаться во всех этих городах раньше, чем русские».

Война — это политический инструмент; как только становится ясно, что вы можете одержать победу, дальнейший ход военных действий должен определяться политическими соображениями, — далее пишет Монтгомери. — Осенью 1944 года я ясно понял, что принятый нами способ ведения дел приведет к последствиям, которые будут ощущаться еще долго после окончания войны; тогда мне казалось, что мы все «испоганим». Должен признать, что именно это мы и сделали».

Однако Монтгомери не послушались, и вовсе не благодаря тому, что американцы, диктовавшие в конце войны Лондону его политику, были очень наивны. Они вовсе не были наивны, так как уже думали о будущем. Наивным оказался сам фельдмаршал.

Почему Монтгомери мог запросто взять Берлин?

Казалось бы, Монтгомери имел в виду самоочевидные вещи и, наметив своей целью Берлин, ставил перед своими силами и западными союзниками в целом вполне реальную задачу. Война в Европе — после высадки осенью 1943 года союзников в Италии, жестоких боев в Нормандии, взятия Парижа в августе 1944 года и ожесточенных сражений за первый крупный немецкий город — Ахен осенью того же года — приобрела характер имитации. Немцы имитировали обреченное на провал наступление в Арденнах, после чего с начала 1945 года, как будто о чем-то с кем-то тайно договорившись, дружно перестали оказывать в Западной Европе реальное сопротивление союзникам, имевшим абсолютное превосходство во всем. Сопротивлялись, да и то нестойко и больше по личному почину, чем по приказу, отдельные части, мальчишки из Гитлерюгенда, оказавшиеся на Западном фронте после ранений ветераны с Восточного. Вот и всё.

Американский военачальник Джордж Паттон переправил свои войска через Рейн, не потеряв ни одного человека. Британцы, американцы, канадцы и французы катились по автобанам, занимая — за единичными исключениями — города без боя, в которых из полуразрушенных бомбами домов свисали белые флаги капитуляции. Знаменитый «Рурский котел», к которому был причастен Монтгомери, где в плен сдались около 317 тысяч немецких солдат и офицеров, был чистой фикцией. Британцам и американцам сдались те, кто хотел сдаться, а кто не хотел, ушли восвояси. В своих мемуарах один из танковых асов Ваффен-СС Отто Кариус, воевавший до этого на Восточном фронте, и глубоко шокированный тем, что увидел на Западном, вспоминает, как явился однажды на переговоры к американскому командиру. Тот посоветовал эсэсовцу «беречь своих людей, потому что нам скоро понадобится каждый солдат для выполнения совместных задач». Немецкий танкист сделал вывод, что американец имел в виду «совместную кампанию против русских».

Поверженный Берлин в начале мая 1945 годаПоверженный Берлин в начале мая 1945 года.

Как видим, американцы вовсе не были «наивными» и, тем не менее, союзное командование не дало Монтгомери возможность взять Берлин. Иными словами, просто въехать на танках, бронетранспортерах и грузовиках в немецкую столицу через расступившуюся в разные стороны гитлеровскую армию, чтобы принять её капитуляцию и водрузить над Рейхстагом британский флаг.

Кто дал фельдмаршалу по рукам?

Украсть у России победу во Второй мировой войне у Монтгомери и Британии не получилось. Отчасти потому, что Вашингтон и Лондон боялись так откровенно жульничать перед Сталиным. Но, главным образом, по другой причине. Потому что американцы думали уже о Третьей мировой войне против России и хотели обрести для неё оружие победы. Эта задача была настолько серьезна, что ей пришлось пожертвовать амбициями английских военных и политиков. Да и американских тоже. Зря, получилось, написали за океаном в 1943 году зажигательную песню: «Будет очень жарко в городе Берлине», которую исполняли певец Бинг Кросби и сестры Эндрюс:

В столице рейха будет жарко, когда
Янки грозный штурм начнут.
О, я хочу быть там и петь всем вам,
Когда Берлин возьмут.

В столице рейха будет жарко, когда
Маршем бруклинцы войдут.
И всех врагов они сметут с пути,
Когда в Берлин войдут…

Почему ребята из Бруклина не взяли Берлин?

Однако вместо Берлина войска Монтгомери покатили, не встречая сопротивления, на север Германии, к датской границе, чтобы не пустить русских туда, откуда должны были отплыть в США с оставшихся у немцев военно-морских баз подводные лодки с ядерным топливом и всевозможным оборудованием для зашедшей в тупик американской атомной программы. А армия США, напрочь забыв о Берлине, устремилась в Тюрингию и Западную Чехию, которые должны были занять, преодолевая отчаянное сопротивление немцев, русские войска.

Дуйат ЭйзенхауэрСоюзный главнокомандующий Дуйат Эйзенхауэр имел безграничную власть в военных делах, получая при этом… приказы от никому не известного полковника с русской фамилией.

Да и вообще американцы вели себя как-то странно в Германии. Но только на первый взгляд. Впереди их армий в нынешних Баден-Вюртемберге, Баварии и Тюрингии двигались на джипах странные люди, старший офицер которых имел приказ от президента США переподчинять себе американские войска. Ему был обязан повиноваться даже Верховный главнокомандующий западными армиями в Европе Дуайт Эйзенхауэр. © vk.com/soutukraine


Подписывайтесь на оф. канал юной леди!



 Что означает фраза «Малиновый звон»?
 Пару слов о Киевской Руси
 Народный герой
 Откуда пришли варяги?



Ваш E-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *