Первые шаги министра



Глава Минобразования России Ольга Васильева хочет вернуть в школы работу учеников на приусадебном участке и уборку помещений, чтобы не растить «маленьких потребителей».


Вот что заявила Ольга Васильева на заседании комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре:

«Мы должны вернуть и сельские бригады, которые у нас были в сельских школах, мы должны вернуть работу на приусадебных участках, которая была всегда, мы должны вернуть уборку помещений школьных, которая никак не граничит с угрозой жизни и здоровью школьника.»

Она отметила, что необходимо «вернуть, прежде всего, ответственность маленького человека за то место, в котором он проводит свои школьные годы». Все это нужно для того, чтобы школьник был «не потребителем маленьким, а созидателем».

Также министр образования планирует сформировать регламент отношений между учителями и родителями, так как в настоящее время, по её мнению, они перевернуты «с ног на голову».

Что ж, идея, конечно, хорошая, хотя осуществить её будет трудно…

Да, действительно, ученики сами убирали классы. А коридоры и прочие помещения — уборщицы, которых мы часто звали по-детсадовски нянечками. (Официально они назывались почему-то «техничками».) Ничего технического в их распоряжении не было, даже пылесоса. Они же руководили процессом уборки классов.

Дело было поставлено очень просто. Каждый день были дежурные. На стенке висел график дежурства. Идея простая: сегодня дежурит первая парта, завтра вторая и т.д. В обязанности дежурного входило стирать с доски, следить за наличием мела и мокрой тряпки. Урок начинался с сакраментального вопроса учителя: «Кто сегодня дежурный?». Мы даже по-английски это проходили в самом начале изучения языка. До сих пор помню: «Who is on duty today?». Мы njulf соревновались, кто лучше отдежурит, нам казалось, что это важно. Потом дежурный – какая-никакая власть; многим это нравилось ;) Помню, как во втором классе дежурные проверяли с особо большим пристрастием наличие сменной обуви

После уроков дежурные призывали всех поставить стулья на парты вверх ногами. Действительно, убирать так удобнее. Школьники, понятно, норовили поскорее смыться – тогда дежурным приходилось самим ставить стулья Дальше один протирал доску, поливал цветы, которые непременно были на подоконниках в каждом классе, а другой шёл к нянечке, получал от неё ведро и швабру с тряпкой. Вёдра-швабры хранились в подсобке – чуланчике, где был водопровод. Наполняли ведро, тащили в класс. Швабра была просто палка, к которой прибита в форме буквы «Т» поперечная дощечка. На эту конструкцию наматывали тряпку – грязноватую мешковину. Перед мытьём класс мели – иногда веником, иногда щёткой. В начале моей школьной карьеры полы были деревянные, крашеные коричневой краской, потом уже – линолеум. Линолеум мыть, казалось, одно удовольствие.

Нянечка, порой, наставляла: хорошо отожмите тряпку – в этом секрет чистого пола. Начинающие поломойки всегда делают одну и ту же ошибку: устраивают целый потоп. У Агнии Барто есть даже стихотворение, как девочка развела лужу вместо уборки. Правда, убирала она не в школе, а дома. Очень поучительное стихотворение.

Мысли о том, что это не правильно и кто-то может всё сделать за нас – не было. Мы жили в таком представлении, что все должны обслуживать себя сами. В самом деле, за всё моё детство я не знал ни одну семью, где была бы домработница. Такие семейства я узнал лишь в Москве

Бывали у нас и более развёрнутые уборки, вроде субботников. В конце каждой четверти все оттирали свои парты с помощью принесённых из дому соды, хозяйственного мыла и всякой подручной ветоши. Драили подоконники, шкафы. Для мойки окон приглашали родителей – раза два в год. Школьный участок тоже убирали и благоустраивали сами. У нас были там яблони, цветы…

Словом, тогда школьная уборка, а также работа на пришкольном участке – всё это было делом самым обычным, естественным, вытекающим из общего порядка жизни. Никто и не думал, что это имеет особое воспитательное значение: убирали, чтобы было чисто. Тогда психологически все были равны и было очевидно, что каждый должен участвовать в общем деле. Это не столько советская, сколько общинная психология.

Сегодня – совершенно другая общественная атмосфера. Сегодня у нас полно «новорусских баринов», которым низко и оскорбительно заниматься уборкой. Сегодня даже обитательницы панелек в спальных районах зачастую имеют «молдованок», «украинок» или «таджичек» для услуг. Эти новые господа – особенно барственны и особенно привязаны к своему барственному положению. Они – «статусные», у них а-ля «Нью-Рязань» «уровень». И они не допустят, чтоб их дети возились с вёдрами и тряпками. Они лучше скинутся и наймут ту же «молдаванку». Зря они что ли, обдирая локти и колени, карабкались на свой «уровень»? И те, кто вообще-то не против, чтобы дети убирали, тоже скинется на уборщицу, потому что нет ничего позорнее в наши дни, чем показать себя «нищебродом»!

Между прочим, как раз детям из «крутых» семей, где не знают простой работы, было бы особенно полезно убирать в школе. Но что-то мне ом министр образования и науки России Ольга Васильева сообщила подсказывает: не будут.

В заключение хочется добавить, что также уже в новом 2017 году при сдаче ЕГЭ по русскому языку может быть введена устная часть, — заявила министр образования России Ольга Васильева сегодня, 27 сентября.

«Что касается устной части ЕГЭ по русскому языку, в этом году её не будет. Она будет в следующем году, — сказала Васильева. — Если всё пойдёт так, как мы предполагаем, то на следующий год будет устная часть ЕГЭ по русскому языку.»




Комментарии


25 / 0,456 / 34.73mb