Мафия: Возвращение в Лост Хэвен


ГЛАВА 18

У Эннио Сальери были некоторые опасения, не хотят ли его кинуть — временами этот психиатрический план казался ему абсурдом. Но, основательно поразмыслив, он понял, что всё в порядке. Незаметно от окружающих он снова и снова тренировался, вживаясь в роль сумасшедшего. Посетители постоянно приходили к нему, пользуясь договорённостями с Гёсслингом, но дон больше всего ждал прихода Дженнаро. Через несколько дней он наконец-то пришёл.
— Приветствую Вас, дон Сальери! — радостно произнёс Рамполла, когда охранник оставил их наедине.
— О! Я Вас так ждал! Рад Вас видеть!
— Взаимно. Как успехи?
— Успехи, как мне кажется, есть. И благодаря этим успехам я, похоже, действительно стану психом, — пошутил Эннио.
— Доля правды в этом есть, но Вы не волнуйтесь. Необратимых процессов в Вашей психике не будет, а потом Вы очень быстро вернётесь к своему обычному состоянию.
— Как дела на воле?
— Дела прекрасно. Легавые клюнули и теперь разматывают клубок, который приведёт к Вам. И вот тогда мы выставим полицию полнейшими олухами.
— Так хочется вернуться обратно в Лост Хэвен.
— Вы обязательно туда вернётесь, но для этого нужно немного поработать. Я сейчас проведу небольшой тест для Вас. Сначала изобразите психа.

Сальери сделал то, чему Дженнаро учил его в свой предыдущий приход, и сделал вид психически нездорового человека. Рамполла внимательно, слегка прищурив глаза, наблюдал за своим собеседником. Посмотрев на Сальери с разных углов, он сделал пару небольших замечаний, но отметил, что всё получается очень хорошо. Затем он попросил дона смотреть в какую-нибудь точку, не двигая глазами даже чуть-чуть. При этом он стал произносить разные фразы и попросил дона «поймать» то ощущение, когда он не будет воспринимать то, что ему говорят. Получилось не сразу, но Рамполла подкорректировал его действия и процесс пошёл. Затем предстоял самый сложный тест, на который ушло больше всего времени. Дженнаро стал рассказывать дону анекдоты и другие смешные вещи. Ему нужно было, чтобы дон не реагировал на смешные истории, так как комиссия может его на этом раскусить. Предстояло ещё тренироваться, но Сальери смог ухватить алгоритм действий, чтобы не реагировать на такие вещи.
— Очень хорошо, дон Сальери. Продолжайте тренироваться, а через несколько дней начинайте молчать и делать лицо ненормального. И самое главное — когда будет комиссия, не волнуйтесь. Отнеситесь к этому как к серьёзной, но всё же игре. Врачи будут ждать определённых реакций на соответствующие действия. Если чувствуете, что-то не очень получается, не нервничайте. Можете взять, например, и язык высунуть. Будьте абсолютно нелогичны. А если Вас всё же рассмешат, тоже не пугайтесь — начните нервно и безумно смеяться, а потом скажите какую-нибудь несусветицу, например, что эту шутку Вам рассказывал Наполеон при Ватерлоо. Ещё раз повторяю — не паникуйте и не волнуйтесь, если что-то пошло не так. Представьте, что рядом с Вами никого нет, и Вы можете заниматься любой ерундой. Главное, чтобы не было никаких стандартных реакций как у нормального социально адекватного и психически здорового человека. Внушите себе, что Вы — псих, и Вам на всё наплевать.
— Эх, чего не сделаешь ради свободы.
— Понимаю Вас, дон Сальери, но этот план разработал человек, который знает, о чём говорит.
— У меня действительно есть успехи?
— У Вас действительно есть успехи. Если бы у Вас не получалось, мы бы скорректировали свои планы. Кстати, в мой следующий визит к Вам устроим небольшой спектакль.
— Какой ещё спектакль?
— Через несколько дней начинайте быть ненормальным. Когда я приду и поздороваюсь, не реагируйте и не отвечайте. Я притворюсь удивлённым, чтобы всё это выглядело естественным. Хорошо?
— Хорошо.
— Ну что же, мне пора. Всего Вам доброго, епископ Сантоканале чувствует, что всё будет хорошо. До встречи.
— Спасибо, Дженнаро, до встречи.

Рамполла ушёл, а Сальери под присмотром охранника отправился в свою камеру. Ему предстояло вжиться в новую роль, хотя он уже стал в неё вживаться. Через несколько дней он начал молчать и располагать мышцы лица и язык так, как ему советовал Дженнаро. Поначалу это взбесило охрану, но увидев, что он не реагирует даже на грубость, все призадумались, не поехала ли у него крыша. Он послушно выполнял все приказы сотрудников тюрьмы и стал каким-то вялым и внешне беспомощным. Потом пришёл Дженнаро и устроил заранее обговорённое шоу:
— Как поживаете, мистер Сальери? — абсолютно естественно сказал он, когда охранник был рядом.

В ответ дон не произнёс ни слова, и Рамполла с неподдельным удивлением раскрыл рот и бросил удивлённый взгляд на охранника, но тот лишь пожал плечами.
— Мистер Сальери, это же я. Что с Вами? — снова спросил он.

Ответа опять не последовало, и тогда Дженнаро обратился к охраннику:
— Что с ним? Он болен?
— Не знаю, он стал всё время молчать.
— Давно это началось?
— Да нет, на днях буквально. Мы сначала подумали, что он издевается над нами, но тут, похоже, что-то другое. Возможно, у него крыша поехала.

Рамполла изобразил на своём лице ужас, придав ему немного жалостливости, и расширив глаза.
— Я где-то слышал, что многие пожизненно заключённые съезжают с катушек, потому что им не даёт покоя мысль о том, что они уже никогда не выйдут на свободу. В Красном Суррейхэме полно таких.

Он обхватил голову руками, демонстрируя своё отчаяние, а потом снова, с надрывом, обратился к дону:
— Мистер Сальери, ну это же я, не волнуйтесь!

Но Сальери молча стоял, безразлично глядя куда-то в сторону.
— Чёртов ублюдок Томас Анджело, — с блестящей актёрской игрой произнёс Рамполла, обращаясь как будто в пустоту. — Это всё из-за него. Упрятал за решётку невиновного человека, и вот что с ним стало. Это Анджело должен здесь сидеть. Эх…

Изобразив очень сильную расстроенность, Дженнаро ушёл обратно, слегка покачивая понурой головой, как будто отказываясь верить в это. А тем временем разведка донесла, что Уве Эрикссон собрался посетить Фоксбургхилл, чтобы разобраться в сложившейся ситуации. Все участвующие в освобождении Сальери люди громко хохотали, когда узнали о проверке, которую готовит полиция. Они постоянно шутили о том, что легавые уже мысленно надевают новые погоны и получают правительственные награды за раскрытие чудовищного заговора. А в итоге все убедились, что в Фоксбургхилле как сидел Сальери, так и сидит. Полиция была посрамлена, и ей уже никто не хотел верить, а создание комиссии по проверке психического состояния дона подтвердило правильность плана епископа Сантоканале.

Епископ с Филиппе Кальтаджироне напряг все свои связи, чтобы в эту комиссию на всякий случай вошли свои люди. Они были нужны на случай, если у остальных врачей, на кого невозможно было повлиять со стороны итальянцев, возникли бы какие-то сомнения, и их нужно было склонить к переводу мафиози в Красный Суррейхэм. Как выяснилось позже, сомнения некоторые были, так как дон Сальери допустил ряд мелких промашек, но в целом он сработал хорошо, а «свои» люди в комиссии настояли на его переводе в спецлечебницу для бандитов. И вот тут, в чётком соответствии с планом, был пущен слух о том, что мафия будет нападать на колонну, перевозящую Сальери в Красный Суррейхэм. Дезу пустили по нескольким каналам, включая полицейских информаторов. И снова все заливались от хохота, когда узнали, сколько гвардейцев, полицейских и агентов привлекли для отражения несуществующей атаки. А потом был пущен очередной слух, что мафия испугалась такого количества охраны и решила не вызволять Эннио Сальери вообще.

Во владениях братьев Драгонетти вскоре состоялась очередная сходка. Слово взял Сантоканале, который уже никак не был похож на епископа:
— Друзья, всё идёт по плану. Но прежде всего хотелось бы узнать, как продвигаются дела по Лукасу, Луиджи и Ральфу. Алессандро, Фабио, пожалуйста.

Говорить стал Фабио, после жеста Алессандро, предоставлявшего ему слово:
— Мы наняли лучших адвокатов и юристов. Волна народного недовольства схлынула, и теперь выяснилось, что, оказывается, эти люди ничего плохого, по сути, и не сделали. Да, помогали мафии, но они были запуганы, — тут Фабио подмигнул присутствующим, — поэтому они были просто вынуждены помогать преступникам. А значит наказание не должно быть таким суровым. Юристы делают всё возможное, чтобы уже в следующем году все трое вышли на свободу. Мы их, как вы знаете, предупредили о хорошем поведении. Они стараются, и это тоже будет принято в расчёт.
— Кстати, а как продвигается постройка бункера?
— Всё идёт по плану, работают лучшие инженеры. Все люди проверенные, так что огласки никакой не будет. К тому же мы так всё продумали, что кроме нас всего плана бункера не знает никто, разные люди выполняют только свой участок работы.
— Прекрасно. А у нас сейчас остались три дела. Первое — устроить спектакль с якобы убийством Хокинса и Смита. Нужно найти двух похожих на них людей, убить их, а экспертизу сделает наш старый знакомый Жан-Жак де Вольф из Брайтонгсвилля, все медицинские данные на них у него будут. Поэтому группа должна отправиться туда. Для убедительности Жан-Жак сделает несколько снимков якобы убийства Хокинса и Смита, как будто их снял случайный фотограф. Так что нашим друзьям придётся немного попозировать с пятнами кетчупа на теле, — епископ рассмеялся.
— А этот де Вольф — надёжный человек? — спросил один из присутствующих.
— Да. Это дальний родственник Оливье ван дер Науте и Анри де Костера, а также знакомый Торстена Фридрихссона из шведско-бельгийской преступной группы, существование которой легавые до сих пор не могут доказать.
— А разве Швеция с Бельгией граничат?
— Ну разумеется нет. Раньше это были разные группы, одна контролировала Скандинавию, а вторая Северную Европу на континенте, потом они объединились.
— Понятно. А дальнейший план каков?
— Дальше второе важное дело. И очень сложное. Нужно вытащить Винченцо Спадафору. Придётся нападать на тюрьму близ Арнемхольма. План мы продумаем потом, но одно могу сказать уже сейчас. Надо создать впечатление, что нападение организовано ради другого человека. Ребята выяснили, что там сидит мексиканский преступник Карлос Перейра. Надо сделать видимость, что напали мексиканцы, чтобы вытащить Перейру, а остальных выпустить, чтобы насолить американцам. То есть Винченцо должен сбежать якобы со всей остальной толпой после освобождения Карлоса. Так мы отведём от себя подозрения, а также заручимся поддержкой мощного мексиканского клана.
— Но как мы притворимся мексиканцами? — спросил один из бандитов после долгой паузы, вызванной обдумыванием гениального плана епископа.
— Всё очень просто. На лицах маски, а голос с акцентом. Достаточно просто выучить несколько слов по-испански и коверкать английские слова.
— А что третье?
— Когда начнётся неразбериха после нападения на тюрьму, нужно подменить Сальери на Смита в Красном Суррейхэме. Я предлагаю одному из вас прикинуться агентом ФБР, Микеле документы сделает, и выйти на начальника психушки. Якобы Сальери нужен для поиска сбежавшего на Сицилию Винченцо Спадафора.
— А если он не согласится?
— Я об этом тоже думал. На этот случай на него надо иметь мощный компромат. Например, убить кого-нибудь, а улики состряпать против него. Тогда ему деваться будет некуда. Подробности мы ещё проработаем. А сейчас надо везти Смита и Хокинса в Брайтонгсвилль, де Вольф нам там поможет.

Снова закипела работа. Хокинса и Смита отвезли в Брайтонгсвилль. Вместе с Жан-Жаком де Вольфом была устроена «фотосессия» для пускания пыли в глаза. Вместо Джона и Мэтью были убиты два местных бомжа, а экспертизой их тел занялся де Вольф. Теперь всем окончательно стало ясно, что мафия отказалась от планов спасения дона Сальери. После вызволения Винченцо его отвезли на время на Сицилию, чтобы он там «засветился» дабы запутать следы полиции. Также собирались новые отряды для отправки в Лост Хэвен. Вся эта кутерьма была отвлекающим манёвром, чтобы все думали только о том, что Винченцо обосновался на Сицилии. На Джека Паркера был собран компромат. Говоря проще, его попросту подставили. От страха он принял мафиозника за сотрудника ФБР. Когда всё было готово, «федерал» снова встретился с Паркером и сказал, что на следующий день приедет полицейская машина с врачами и актёром, на время сыграющим роль Сальери, чтобы всё выглядело правдоподобно. Дело оставалось за малым — раздобыть полицейский «Шуберт».

На следующее утро в Красный Суррейхэм специальная группа привезла Джона Смита и загримировала его, изменив его внешность до неузнаваемости. Ему налепили усы, бороду и парик, а также надели ему очки без диоптрий, чтобы не вызывать у него дискомфорт. Его облачили в белый халат, как будто это врач. Два гангстера заняли свою позицию возле одной из тихих подворотен, недалеко была расположена группа поддержки на непредвиденный случай. Им нужно было дождаться появления на улице полицейского патруля и завлечь его в глухое место. Вызывать полицию из телефонной будки не стали, чтобы не привлекать излишнего внимания, так как эта информация будет зафиксирована. Наконец из-за поворота показался «Шуберт» со спецзнаками. Двое мужчин в неприметной одежде устроили драку, на самом деле едва касаясь друг друга кулаками. Когда машина легавых подъехала к ним, дерущиеся сделали вид, что испугались, и ринулись в подворотню. Сотрудники выскочили из салона и побежали за ними. В итоге оба получили по башке из-за угла и рухнули на землю. Бандиты быстро переоделись в синюю форму и забрали у водителя ключи от машины. Группа поддержки позаботилась о заметании следов, а двое бандитов поехали в условленное место, где находились Джон Смит и Дженнаро Рамполла, тоже загримированный под врача.

Все направились к зданию спецлечебницы. Паркер со словами «Опять грёбаная комиссия!» приказал открыть ворота. Приехавшие предъявили поддельные документы, которые сделал Микеле Арата, и прошли в здание. Охранник привёл Сальери и вышел за дверь. Рамполла подмигнул дону и стал снимать с Джона Смита грим, перенося его на лицо Сальери. Он переоделся в одежду врача, а на Смита натянули одежду Сальери. Рамполла обратился к Паркеру, показывая на Смита:
— Запомните, это Эннио Сальери. Ничего не было. Всё как и прежде.
— Понятно, — тихо вздохнул Джек Паркер, памятуя о компромате, который мог привести его прямиком на электрический стул.

Сальери, Рамполла и двое гангстеров, переодетых в полицейских, направились к выходу. Дон не мог поверить, что сейчас он выйдет за ворота этого ужасного заведения и вновь обретёт свободу. Он боялся, не сорвётся ли что-нибудь. Но епископ Сантоканале не ошибся. Грандиозный план сработал. Они сели в полицейский «Шуберт» и выехали за пределы лечебницы.
— Ура! — закричал Рамполла. — Поздравляю, дон Сальери!
— Ребята, я вам так благодарен!
— Мы своих не бросаем! Сейчас мы доедем до специального места, где нас ждут свои люди. Мы тщательно позаботились об охране. Грим пока не снимайте.
— А где я буду жить?
— Открыто Вам сейчас, разумеется, жить нельзя. Но братья Драгонетти сделали для Вас специальный бункер под Вашим баром с воздуховодами, тайными ходами и запасами продуктов и питьевой воды. Так что Вы сможете снова обосноваться в своём баре. С Сицилии уже прибывают люди. Так что скоро можно будет уже надрать задницу проклятому Морелло.
— До сих пор не могу взять в толк, как этому ублюдку удаётся постоянно оставаться в живых?
— Не знаю. Как говорит епископ Сантоканале, случайного ничего не бывает. Значит, он зачем-то нужен.
— Что с ребятами?
— Винченцо уже в Лост Хэвене, а Лукаса, Ральфа и Луиджи должны освободить в следующем году. Братья наняли лучших юристов, и они оправдали себя. Так что уже через несколько месяцев все будут в сборе.
— А ещё надо будет найти этого Анджело. Ну что за предатель? Я столько сделал для него. Если бы не я, Морелло давно бы уже убил его. Я до сих пор помню, как он скрывался от горилл Морелло, когда они напали на его такси.
— Ничего, и до Томми доберёмся. Он сейчас наверняка каждый день от страха писается, боясь, что за ним придут. Но сделать это будет не так-то просто, легавые умеют защищать своих свидетелей.

«Шуберт» доехал до условленного места, где все пересели в другую машину. Ещё несколько автомобилей с охраной ехали рядом. На следующий день Сальери уже входил в свой бар в Малой Италии. Воспоминания нахлынули на него, и он попросил ненадолго оставить его одного. После того, как Сальери пришёл в себя, был устроен грандиозный пир. Все радовались и благодарили друг друга. Каждый сработал чётко, и сложнейший план был успешно реализован. Епископ Сантоканале, Филиппе Кальтаджироне, Микеле Арата, Дженнаро Рамполла и ещё несколько человек, выполнив свою миссию, уехали обратно в Италию, дав оставшимся ряд ценных советов и оставив некоторые вещи, которые могут понадобиться при подделке документов и других дел.

***

Эннио Сальери даже во сне был под впечатлением от своего спасения. Он стремился в Лост Хэвен и мчался по неизвестным дорогам. Но бензин очень быстро кончался, и ему приходилось искать топливо, чтобы снова заправлять свою машину.

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30


Смотрите также

 Кортеж Мод
 Кодекс чести мафии
 Скрываемая история Тартарии
 Обзор мода Colt 1911

avatar
5000
jimmy
jimmy

Cool! :)