Самуццо Аматуна



Самуццо «Сэмутс» Аматуна — превосходный пример мафиозо старой закалки, непринявший концепции организованной преступности и так называемой американской мафии. Однако Сэмутс — яркий, жестокий и хитрый — некоторое время обладал властью, угрожавшей даже власти Капоне над преступным миром Чикаго.

Мафиози старой закалки

Сэмутс был профессиональным скрипачом и, весьма возможно, первым гангстером, который спрятал оружие в скрипичном футляре, воспользовавшись этой техникой в своей попытке убийства агента союза музыкантов. В роскошном гардеробе щеголя Сэмутса было около 200 шёлковых рубашек с монограммой…

Однажды он с пистолетом в руке погнался за уезжавшим на фургоне прачечной китайцем, который вернул ему прожженную утюгом рубашку. Сэмутс был готов прикончить азиата, но вероятно, его остановил нехарактерный приступ гуманности. Он пощадил человека, но застрелил лошадь. Некоторое время Сэмутс был главным телохранителем знаменитых Ужасных Дженна, мафиозного клана, почти полностью контролировавшего несанкционированное домашнее изготовление спиртных напитков в Итальянском квартале. По мере того как братьев Дженна теснили и убивали, Сэмутс продвигался наверх.

В 1925 г. он получил власть над крупной чикагской организацией «Сицилийский Союз». Организация в начале века была вполне законным братством, но с тех пор постепенно переходила под контроль мафии. Чикаго мог похвастаться самым большим числом отделений Союза, 40 000 членов которого представляли собой грозную силу; организация созрела также для различных комбинаций, например афер с пенсионными фондами. Много лет руководителем Союза был Майк Мерло, пользовавшийся своим влиянием, чтобы сохранять мир между различными криминальными группировками, но после его смерти в 1924 г. за пост председателя союза разыгралась борьба. Председателем стал кровожадный Анджело Дженна, но в мае 1925 г. его убили.

Капоне, сам не будучи сицилийцем, не мог стать членом этой организации, поэтому пытался выдвинуть на пост президента своего советника Тони Ломбарде, — он строил планы на следующие выборы. Сэмутс же не понимал, при чём здесь вообще выборы. Вместе с двумя сообщниками, Эдди Ционом и Эйбом «Бамми» Гольдштейном, Сэмутс победным маршем вошел в контору Союза и объявил себя избранным. Капоне пришел в бешенство и разъярился еще больше, когда Сэмутс попытался извлечь дополнительный доход из его операций по нелегальной продаже спиртного и других афер.

По мнению Капоне, старомодные мафиози были воплощением жадности. Он понял, что старые традиции мафии необходимо искоренить, и эта позиция в итоге еще сильнее сблизила его с Лаки Лучано в Нью-Йорке.

Но к счастью, у Сэмутса было много других врагов. Члены ирландской банды О’Бэниона, все еще влиятельной в чикагском Норд-Сайде, несмотря на убийство ее главаря, не собирались терпеть интриги Сэмутса, направленные против них. 13 ноября 1925 г. Сэмутс, собираясь в оперу со своей невестой Розой Пекорара, зашел в парикмахерскую в Цицеро, чтобы побриться. Он сидел в кресле с полотенцем на лице, и тут ворвались двое вооруженных гангстеров, как считается, Джим Доэрти и Интриган Друччи, банды Норд-Сайда. Один из них сделал четыре выстрела и, хотя в это трудно поверить, промахнулся. Сэмутс выскочил из кресла и попытался увернуться от выстрелов второго гангстера. Второй киллер всадил в Сэмутса все четыре пули, и бандиты вышли из парикмахерской, оставив жертву истекать кровью. Сэмутса отправили в больницу; он успел потребовать немедленного бракосочетания с невестой, но умер до начала церемонии.

Произведение «Мафия: Возвращение в Лост Хэвен» написано выпускником Казанского Авиационного Института Ростиславом Пулялиным. «Неожиданный телефонный звонок нарушил сон Уве Эрикссона. Ему было не привыкать к таким вещам, и он быстро нащупал на столике кнопку, включил свет настольной лампы и поднял трубку телефона…» Читать далее >>

Вскоре после этого два помощника Сэмутса, Цион и Гольдштейн, также были убиты, и Капоне, сохранив демократию, сумел выдвинуть на пост руководителя Союза своего протеже Ломбарде.

Так как убийство Сэмутса было вторым убийством в парикмахерской за очень короткое время, цирюльники, имевшие в числе клиентов гангстеров, занервничали, перестали делать клиентам горячие компрессы и стали сажать их лицом к входной двери. Эту чикагскую традицию не переняли в Нью-Йорке; там Альберт Анастасия пал жертвой нападения в парикмахерской три десятилетия спустя.




Комментарии

Добавить комментарий

HyperComments
36 / 0,285 / 40.38mb