Гангстеры-пожарные


Немалую роль в жизни Нью-Йорка ирландские бандиты сыграли как пожарные (пусть это и кажется шуткой). Мошенники, хулиганы, грабители и убийцы собирались в пожарные команды, преследуя отнюдь не альтруистские цели. Главную роль здесь играла политика: банда, потушившая горящий дом, выглядела намного благороднее в глазах местных жителей. Бандитские пожарные бригады давали своим машинам — телегам, на которых были установлены насосы и брандсбойты, — имена, больше подходящие пиратским судам: «Белый дух», «Черная шутка», «Желудок селедки», «Сухие кости», «Красный пират», «Сенный вагон», «Большая шестерка», «Яльская девка», «Бобовый суп», «Старый хлам» и «Старая дева». Вражда между пожарными командами, состоявшими из членов разных банд, нередко становилась причиной выгорания целого дома, а то и квартала: вместо того, чтобы бороться с огнем, брандсмейстеры начинали колотить друг друга.

Гангстеры-пожарные

Нередко практиковались иезуитские способы зарезервировать для себя пожарный гидрант, которых явно не хватало на целую ораву пожарных, слетевшихся к горящему дому. Едва заслышав о возгорании, гангстеры посылали к пылающему зданию самых шустрых членов банды. Те, в свою очередь, закрывали гидрант пустой бочкой и садились на нее сверху, отбиваясь от конкурентов. Если мальцу удавалось отстоять точку до прибытия основных сил, ему воздавали все должные почести, а дом, быть может, выгорал не полностью. Именно ирландцы одними из первых поняли пользу аптечных препаратов для преступной деятельности. Сначала они использовали настойку опиума или морфий для того, чтобы опаивать зашедших в кабак матросов и продавать их, спящих, в корабельные команды. Для грабежей же применяли проверенный годами способ — удар дубинкой по голове. Однако вскоре ирландские шайки начали использовать аптечные дары и для того, чтобы обирать клиентов питейных заведений.

Работали, как правило, парами — мужчина и женщина. На девицу ложилась обязанность отвлечь клиента, а ее подельник должен был незаметно подсыпать или подлить жертве снотворное. Сначала для этих целей использовали нюхательный табак, затем перешли на гидрохлорид и морфин. С дозировкой мошенники не заморачивались, действуя по принципу «чем больше — тем лучше», а потому мало кто из отведавших ирландского коктейля людей просыпался на следующее утро. Бандиты, разумеется, стремились заработать на всем, не останавливаясь даже перед самой жуткой и кощунственной работой. В Нью-Йорке широкое распространение получили команды кладбищенских воров, выкапывавших тела умерших и продающих их студентам-медикам. Гангстеры тех лет активно участвовали и в политической жизни города, правда, весьма своеобразным образом: избивая и убивая политических конкурентов своих нанимателей, срывая выборы и запугивая избирателей.

Огромная численность и невозможность полиции исправить ситуацию постепенно внушили гангстерам чувство полного контроля над своими районами. Единственной властью на улицах были бандиты, которые очень болезненно воспринимали любые попытки властей вмешаться в жизнь подконтрольных им районов. Нередко это приводило к самым настоящим бунтам, во время которых случались и пожары, и массовые линчевания, и вооруженные стычки с полицией. Одно же из самых страшных побоищ, учиненных бандами, в истории Нью-Йорка состоялось в 1857 году. Все началось с того, что банды Пяти углов решили отпраздновать День независимости несколькими налетами на кабаки в Бауэри. Разумеется, местным парням это не понравилось, и началось массовое побоище. Вмешательство полиции только усугубило ситуацию — разъяренные бандиты обратили свой гнев против полицейских. Улицы перегородили баррикадами, а вместо кулаков и дубинок в ход пошли револьверы и мушкеты. Подавить бунт удалось только с помощью вмешательства гвардии. Вид идущих плотными рядами солдат, готовых броситься в штыковую атаку, быстро охладил горячие головы гангстеров.

Гангстеры Пяти углов устроили бунт в знак протеста против закона о воинской повинности, изданного Конгрессом. Интересно, что большинство из вышедших на улицы были молодыми людьми в возрасте до 20 лет, которые призыву не подлежали. Призывной бунт длился чуть менее недели, но за этот короткий срок лицо города преобразилось до неузнаваемости. Под бой ирландских бодранов пьяная толпа носилась по улицам, сокрушая все на своем пути. Они линчевали чернокожих, попадавшихся им на пути, жестоко расправлялись с полицейскими, поджигали и грабили дома. Одним из главных событий тех дней стала попытка захвата арсенала. Бандитам удалось прорваться в здание и даже завладеть оружием, но вовремя перегруппировавшиеся полицейские смогли отогнать бандитов. Те, в свою очередь, подожгли здание, в котором находились их товарищи. Как рассказывают очевидцы, после того как арсенал сгорел полностью, с пепелища вывезли более 50 бочек, наполненных человеческими останками. В те дни бандитам удалось фактически захватить весь город. Ситуацию снова спасли военные, несколько полков которых вошли в Нью-Йорк и дали бой мятежникам. Армии пришлось пустить в ход не только штыки и ружейные залпы, но и тяжелую артиллерию, стреляя по бунтовщикам картечью. Итогом Призывного бунта стали несколько полностью выгоревших кварталов города, множество ограбленных и избитых горожан, а число погибших от рук мятежников при подавлении бунта исчислялось тысячами.

Предводитель «Парней из Бауэри», ловкий боец и пронырливый политик, которого также называют первым гангстером Америки, свое прозвище он получил не только потому, что владел мясной лавкой, но и за свою жестокость по отношению к врагам. Удивительно, но Пул не был ирландцем — его предки прибыли из Англии, а сам себя он считал коренным американцем. Пул быстро наладил крышевание местных питейных заведений и лавок, превращая не желавших платить в кровавое месиво, и подался в политику, терроризируя как кандидатов, так и избирателей. Для Пула преступная деятельность не была самоцелью — это был инструмент достижения политических целей. Разумеется, у такого влиятельного человека не могло не быть врагов. Вызывающее поведение Мясника также не прибавляло ему популярности. Билла Пула застрелили после очередного конфликта с людьми из «Таммани Холл» — нью-йоркского штаба Демократической партии США, в котором на тот момент состояло множество гангстеров. Удивительно, что, получив пулю в живот и пулю в сердце, Мясник умудрился прожить еще две недели…


 Кто и зачем убил Джона Кеннеди?
 Эрнест Руполо по прозвищу Ястреб
 Добро должно быть с кулаками
 Алгоритм предательства

Войдите, чтобы комментировать